,

$ 63.72 70.5

Экономика

Тариф «Беспредельный». Спикер СовФеда Матвиенко попыталась разобраться, кто заинтересован в бесконечном росте стоимости для населения нотариальных услуг

9 июля 2019 года на стандартной встрече представителей руководства Совета Федерации перед очередным пленарным заседанием  ничто не предвещало целого грозового фронта, прошедшего над головами сенаторов и сотрудников парламентского аппарата. Рутинное обсуждение предстоящей повестки является обычной практикой координации работы всех комитетов и управлений, позволяющей лучше планировать и организовывать деятельность сенаторов. Однако, то, что по инициативе председателя Совета ФедерацииВалентины Матвиенко случилось при обсуждении раздела «Разное» далеко вышло за рамки обычно гораздо менее драматичной парламентской жизни. Причем очевидная для всех напряженность, с которой прошла концовка заседания Совета палаты живо напомнила 30 января 2019 года. Тогда в разгар заседания Совета Федерации по представлению Генерального прокурора Юрия Чайки была снята неприкосновенность с сенатора Рауфа Арашукова и он был задержан чуть ли ни прямо на трибуне. При этом свидетели этой сцены утверждают, что понявший, что дело пахнет керосином горе-сенатор попытался было сбежать из зала и Валентине Ивановне пришлось грозным внушением буквально заставить его остаться на месте. Кто знает, не могла ли повторится такая же история на заседании 9 июля, если бы к поднятым спикером Матвиенко вопросам было бы точно такое же отношение правоохранительных органов, как к преступлениям, совершение которых вменяется сенатору Рауфу Аращукову? Хотя, возможно, правоохранители вслед за политиками еще скажут свое веское слово…

«Это закрытая корпорация» 

9 же июля, говоря о системе контроля исполнения поручений, которые даются на пленарном заседании палаты, спикер, адресуя словапредседателю комитета Совета Федерации по конституционному законодательству и государственному строительству Андрею Клишасу, отметила, что «мы, как вы помните, говорили о нотариусах и о том, что никто не контролирует тарифы, которые они устанавливают самостоятельно на услуги для населения». Матвиенко подчеркнула, что нотариат – «это закрытая корпорация, никого туда не допускают, а на тарифы население очень жалуется». «Провели ли Вы какое-то заседание, «круглый стол», встретились с нотариусами?» – буквально засыпала председатель коллег градом вопросов – «Есть какие-то предложения? Отработана эта тема?». В ответ, видимо, уже расслабившийся под конец заседания и никак не ожидавший такого поворота событий сенатор Андрей Клишас только вяло оправдывался. По крайней мере стенограмма передает это ощущением полной дезориентированности: «…государственные же тарифы. Как? Мы не можем повлиять». Не признавая отговорок, Валентина Ивановна только выразила несогласие с такой позицией, отметив,что не собирается это обсуждать и только пока интересуется, было ли выполнено ее поручение разобраться с нотариальными тарифами. Но и в это раз обычно не страдающий отсутствием красноречия многоопытный юрист Андрей Клишас только и смог выдавить из себя: «Мне надо проверить. Я уже смотрю».  Поняв, что от председателя комитета ей ничего не добиться, спикер переадресовала этот же вопрос руководителю аппарата комитета Петру Кучеренко:  «Руководитель аппарата помнит? Вы слышали про это поручение?»

«Парламентские слушания с нотариусами» меня уже настораживают…»

Пришедший на выручку шефу помощник сенатораначал было рапортовать, что «у нас были проведены парламентские слушания с нотариусами. Соответственно, по поводу…». Но и в этот момент почти материнское терпение спикера, с коим она внимала попыткам своих подчиненных оправдаться и хоть что-то объяснить еще не иссякло. Обронив только фразу, что «парламентские слушания с нотариусами» ее уже настораживают, спикер дала возможность зайти ответчикам на «второй круг». Тут же воспользовавшейся ей господин Кучеренко поспешил добавить, что «были проведены слушания по системе нотариата с приглашением нотариальной палаты, с приглашением соответственно профильных министерств и ведомств». «Ну и чем закончились эти парламентские слушания?» – резонно поинтересовалась Валентина Матвиенко. И вот тут стало понятно, что грозы действительно не избежать. После опустошающего своей несодержательностью ответа целого руководителя целого аппарата комитета Совета Федерации по конституционному законодательству – «На самом деле действительно тарифы устанавливаются же государством…» началось самое интересное. Сначала спикер продолжила беседу в стиле профессор-экзаменатор против студента с зачеткой. «Кто устанавливает тарифы за разные виды услуг? Государство – это кто?». «Нотариальную пошлину устанавливают постановлением правительства», –ответствовал «студент» Кучеренко, вот тут буквально нарвавшись на отповедь либо бездарности, либо целенаправленному саботажу усилий по наведению порядка в деятельности нотариального сообщества. 

«Коллеги, вы дурака-то не валяйте!»

Если кратко, то на протяжении следующих нескольких минут, не стесняясь в парламентских и не совсем парламентских выражениях, спикер Совета Федерации, ветеран российской политической сцены, международник примаковской школы была вынуждена почти на пальцах объяснять коллегам, как правильно нужно понимать интересы населения, а не интересы тех, кто видит в населении только источник дохода. «Я просила вас. Сходите в нотариальную контору. С улицы придите, сядьте в очередь, поговорите с народом и спросите, сколько на самом деле люди платят за те или иные услуги». «Я так просила исполнить поручение? С людьми почаще общайтесь. Не в кабинетах сидите, а с людьми…И я вас прошу, пойдите в две-три нотариальные конторы в Москве, поговорите с населением. И тогда вы узнаете, кто устанавливает такие произвольные тарифы и как обдирают народ простой. За любую бумажку, справку нотариусы дерут огромные деньги, которые не стоят по затратам такой цены». То, что спикер говорила об одном  – о действительно острой проблеме гигантской разницы между регулируемым государством размером государственной пошлины за совершение нотариальных действий и тарифами на услуги правового и технического характера, которые устанавливают сами нотариальные палаты, а слышали в ее словах (если вообще хотели слышать) совсем другое, очевидно для всех. И тех немногих, кто сидел в момент этой беседы в зале, где она происходила. И тех многих, кто уже второй месяц перелистывает листки из этой стенограммы с тем же интересом, с каким лет тридцать назад вМоскве читали историческую речь первого секретаря столичного горкома КПСС Б.Н.Ельцина на пленуме всесильного тогда еще ЦК. 

«Я что поговорить что ли?»

В тот же момент, когда единство места и действия в соответствии с законами театрального искусства еще было не утрачено сама спикер, очевидно, намеревалась полностью погрузиться в проблему нотариальных тарифов, который она, судя по всему, знала гораздо лучше многих присутствующих. Поэтому за фразами в карман не лезла: «Вот встает руководитель аппарата и пургу гонит (извините за сленг): «Мы провели парламентские слушания с нотариусами». Не парламентские слушания надо проводить, а профессионально исполнить поручение. Дайте мне перечень всех видов услуг по всем видам обслуживания населения. Не госпошлины. Мы о разных вещах говорим… Посмотрите мое поручение, исполните как положено и с этими материалами придете ко мне лично на доклад». То, что речь в Совете Федерации действительно шла о разных вещах теперь поняли, наконец-то все. Осознание этого прискорбного для умственных способностей парламентариев и их помощников факта, видимо, кого-то из присутствующих даже задело за живое. «Хорошо, но конкретно протокольного поручения, Валентина Ивановна, именно такого сформулированного, комитету не было», – попытался было хоть как-то выправить явно безнадежную ситуацию руководитель аппарата комитета по конституционному законодательству Петр Кучеренко. И вот именно тут разразился настоящий шквал, от которого пришел в себя даже сенатор Клишас, тут же пообещавший спикеру: «Я посмотрю…». Но остановить Матвиенко, явно разгневанную таким ходом обсуждения реально волнующих страну вопросов, было уже невозможно. «Я что поговорить что ли? Я четкое и внятное дала поручение: разберитесь, пожалуйста, кто устанавливает! Тогда мы еще вели дискуссию, что это закрытая корпорация, что на работу туда устроится невозможно, что это типа саморегулируемая организация  – «что хотим, то и воротим» – и так далее. Тогда не сочиняйте. Думаю, что вы по ходу насчет парламентских слушаний сейчас сочинили. Если вы озвучили недостоверную информацию, я буду вынуждена вас наказать». Занавес. 

Корсик, Клишас, Кучеренко

Возможно, если бы к описываемому действу был бы допущен президент Федеральной и по совместительству Московской городской нотариальных палат Константин Корсик, он бы смог из первых уст ответить спикеру на ее обоснованный интерес по поводу чрезмерно высоких тарифов на услуги нотариусов. Действительно, есть тарифы, устанавливаемые Налоговым кодексом РФ, а есть тарифы, устанавливаемые самими нотариусами. О том, что разница между ними может составлять не проценты, а порядки как раз и шла речь в столь бурно прошедшем разделе «Разное» заседания Совета верхней палаты российского парламента. А, если бы Валентина Ивановна была еще более настойчивой в своих вопросах, она бы могла бы услышать еще более интересные истории. Например, о том, почему средства своего бюджета Федеральная нотариальная палата почему-то расходует не напрямую, а через сеть некоммерческих фондов с благородными названиями и отменно высокими затратами на их содержание. Или о том, почему средства бюджетов палат, формируемые за счет обязательных отчислений нотариусов, инвестируются в такие финансовые инструменты, что доходность от их вложений не превышает даже официальный уровень инфляции. Или о том, как так вышло, что Кодекс профессиональной этики нотариусов в Российской Федерации приняли в такой странной форме, что сами нотариусы до сих пор не уверены, имеет ли этот документ юридическую силу, а в том же Совете Федерации впору проводить отдельные «парламентские слушания с нотариусами», посвященные особенностям его утверждения и особенно практике использования. Кстати, последняя волнует не только нотариусов, но и судебный корпус, уже столкнувшийся с делами по этой теме. В непонятки с этическим кодексом вовлечено, похоже, и федеральное министерство юстиции. Например, к докладу о нотариальных делах для спикера Матвиенко неплохо бы подошлакопия недавнего письма регулятора в один из районных судов Москвы. В нем за подписью директора департамента по вопросам правовой помощи и взаимодействия с судебной системой федерального Минюста А.В. Дроновой указывается, что этический кодекс нотариусов «относится к нормативным актам нотариального сообщества, приказом Минюста России не утверждался». С учетом того, что Закон о нотариате прямо требует этого от ведомства, оно, по всей видимости, вслед за законодателями тоже не сильно заинтересовано, что хоть как-то ограничить «самостийность и незалежность» нотариального корпуса страны…В общем очень жаль, что в компании лоббистов творящегося в стране, судя по интонациям обычно более сдержанной Матвиенко, нотариального беспредела не оказалось главного, по нашему мнению, заказчика вот этой самой политики «что хотим, то и воротим». По крайней мере, все бы тогда воочию увидели всех интересантов и высоких тарифов, и фигур умолчания, которые рисуются вокруг них даже на самых верхних этажах государственной власти. Как говорил о таких триумвиратах (правда, на другом отрезке своей бурной политической биографии) тот же Б.Н. Ельцин: «Коржаков, Барсуков и их духовный отец Сосковец». Сегодня, значит, выходит Корсик, Клишас, Кучеренко. Ну, тоже неплохо. По крайней мере хотя бы страна будет знать в лицо своих героев. Только вот героев ли?