,

$ 63.95 71.13

Экономика

Эксперты оценили меры по усилению контроля качества российской нефти

Институт развития технологий ТЭК (ИРТТЭК) провел экспертный опрос как повысить контроль качества сырья в системе магистральных нефтепроводов.

Александр Фролов, заместитель генерального директора Института национальной энергетики: «Транснефть» должна получить полный доступ ко всем объектам, через которые нефть поступает в систему нефтепроводов.

««Транснефть» является естественной монополией. По определению бессмысленно обвинять её в монополизме. При этом компания осуществляет стратегически важную для государства и населения страны деятельность…  Специалисты «Транснефти» должны получить полный доступ ко всем объектам, через которые нефть поступает в систему нефтепроводов, и участить проверки».  

О контроле за мини-НПЗ: «… мини-НПЗ могут производить ограниченное количество продуктов. Это продукты более низкого качества, чем те, что выпускают крупные заводы и требуют дальнейшей переработки…».  «У мини-НПЗ, как правило, нет ни средств, ни возможности, ни желания проводить модернизацию. В ряде случаев они могут являться источником продуктов, которые не находят спроса среди покупателей и потому сливаются в магистральную трубу, ухудшая качество сырья». 

Игорь Юшков, ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности, старший преподаватель Финансового университета при Правительстве РФ: «Довольно странно слышать обвинения «Транснефти» в монополизме, так как компания и создавалась как естественная монополия. Государство в свое время утвердило модель нефтяной отрасли, в которой транспортная инфраструктура принадлежит государству (естественная монополия, а добыча, переработка и сбыт относятся к потенциально конкурентным секторам и там может быть много компаний)».

«Лаборатории должны подчиняться Транснефти, так как государство требует от компании гарантировать то, что истории, подобные скандалу с хлорорганикой, не повторятся. А как Транснефть это может гарантировать, если не контролирует качество нефти на входе в трубу?!». 

«Ужесточение норм может создать проблемы нефтяным компаниям, ведь они периодически сдают в нефтетранспортную систему нефть с содержанием хлорорганики выше 6 PPM».

Михаил Крутихин, партнер консалтингового агентства RusEnergy: «…Не имеет никакого смысла обвинение в монополизме. Есть компания, которая отвечает по закону и материально за качество нефтяной смеси трубопроводов России, в том числе экспортной смеси. Эта компания, раз она отвечает за качество, должна иметь возможность проверить, что ей в эти трубы сливают компании, имеющие нефть. На этом моменте можно поставить точку, потому что против логики не поспоришь».

«…Вот все, что говорилось до этого со стороны Роснефти (письмо Шрёдера, обвинения со стороны продажных экспертов в продажных СМИ) вся эта «сечня» — попытка переложить с больной головы на здоровую грех за недоброкачественную нефтяную смесь. Потому что отвечать за то, что они слили в трубы «Транснефти», должны те, кто эту смесь готовил… Если Транснефть не контролирует напрямую смесь, поступающую с какой-то лаборатории, то эта лаборатория должна получить подтверждение добросовестности анализа. «Транснефть» беспокоится: она должна отвечать за смесь, а ей это мешают делать. Все требования правильны».

«В данном случае, по вопросу ужесточения содержании хлорорганики в нефти с 6 до 1 ppm, права «Транснефть». Потому что она вынуждена оплачивать подобные фокусы со стороны нефтяных компаний из своего собственного кармана».

Сергей Воробьев, директор Института развития технологий ТЭК: «Мини-НПЗ, перерабатывая несколько миллионов тонн нефти в год, на сегодня нерентабельны. Они могут существовать, только используя незаконные схемы − приобретая неучтенную нефть, отпуская продукцию низкого качества без официального оформления, сливая «испорченные» продукты переработки обратно в магистральную трубу. Контроль за ними необходим».

«Транснефть» права в том, что при недавно принятом на уровне ЕАЭС показателе хлорорганики 6 ppm неразумно сразу требовать от нефтяников 1 ppm. Если переходить на такой показатель, то только после большой работы по согласованию 1 ppm со всеми членами ЕАЭС и всеми основными участниками рынка. Это задача не «Транснефти» и не одного месяца, может быть, даже не одного года».

Александр Воротников, эксперт Экспертного центра ПОРА (проектный офис развития Арктики), к.х.н., доцент ИОН РАНХиГС: обвинения «Транснефти» в монополизме — «игра слов».

«Аккредитация испытательных лабораторий, проверяющих, дающих заключение является распространенной и обычной практикой, например, в сельском хозяйстве, в медицине и т.д. Данная деятельность осуществляется Росаккредитацией. И естественно для испытательных лабораторий она необходима. Хозяин у этих лабораторий должен быть один. И это, вероятно, должна быть «Транснефть»».

«Более предпочтительно выглядит позиция «Транснефти», которая исходит из того, что Банк качества нефти предполагает систему выплат компенсаций его участникам, сдающим нефть более высокого качества нефти, за счет денежных средств от его участников, сдающих нефть более низкого качества. При этом при его внедрении наибольшие затраты понесут участники рынка, добывающие тяжело извлекаемые ресурсы на истощенных месторождениях, что может повлечь их уход из нефтедобычи, а также централизацию и возможную дальнейшую монополизацию отрасли нефтедобычи в руках одного или нескольких крупнейших холдингов, в том числе и ПАО «НК «Роснефть».